Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Мелхиседек

Melhisedek v1.23
Кликов в 2005: 207501
Кликов в 2006: 276383
Кликов в 2007: 68276
Искусство 13
Что мы пропустили? "Декамерон" пропустили, который можно трактовать как сборник неумело косных порнографических рассказов, голоновскую Анжелику, случайные любовники которой могли бы сформировать собой роту почетного караула французского короля, а также неизменные по все подавляющему успеху, переписываемые от руки не одним уже поколением и приписываемые Алексею Толстому, "Возмездие" и "Баня", а также аналогичные сладкие фантазии неизвестных авторов "Элеонора", "Поэма о Леночке" и "История шведской девушки". Разве можно себе даже представить, чтобы с таким же неудержимым любопытством и томительным интересом расходились по рукам произведения Грибоедова или Шекспира? Этих авторов знают только вынужденно - по экранизациям и ежегодным юбилеям. И такое положение вещей образовано Богом?
Можно вспомнить и такие крутые бестселлеры, как "Давай поженимся" Джона Апдайка и романы Франсуазы Саган. У Апдайка выворачиваются наружу скрытые механизмы супружеской измены от самых первых поползновений души, и до последнего бесстыдного падения, а в романах Саган также разбираются по винтикам сексуальные комплексы, темные движения души, процессы доминирования плоти над моралью, мотивы измен, смен партнеров, преступная ревность, например, к любовнице отца, способы изощренного доведения человека до самоубийства и тому подобные прелести. Один американец, а другая француженка, но бестселлеры обоих затягивают душу совершенно одинаковой пеленой беспросветности половых испытаний и отчаяния от вечного напряжения в ожидании чужого предательства и от невозможности справиться с искушением предать самому. Вряд ли будет удивительным узнать, что кто-то из этих двоих повесился или сошел с ума, но когда они делятся с нами этими своими состояниями души, то их книги становятся бестселлерами.
Продолжить можно великими "латинос". Хулио Кортасаром и его нашумевшим романом "Выигрыши". Группа победителей лотереи в качестве приза совершает круиз на корабле, в течение которого всеми овладевает безумная идея фикс проверить, что находится на носу корабля, куда посторонним вход воспрещен. Массовое помешательство. Параллельно этому один пассажир (мужчина) пытается соблазнить другого пассажира (мальчика), но его опережает матрос из команды корабля, (а вот интересно, если мальчик познал женщину, то он теперь называется мужчиной, а когда его самого, еще девственника, познали как женщину, то, как его теперь называть?). Помимо этого еще несколько параллельных болезненных сексуальных тем, убийство единственного положительного героя, насилие, наркотики, маразматические выкладки сумасшедшего метафизика по ночам на корме (данные курсивом!), и еще ой-ой-ой сколько всего полубредового.
Следом за Кортасаром идет Маркес, но следом он идет только относительно диспозиции информации о нем на нашем листе. На самом же деле Маркес должен стоять впереди вообще всех современных писателей по мощи своего литературного дарования, которое, правда, удивительным образом проявило себя почему-то только в одном из его произведений, а именно в романе "Сто лет одиночества". Эта великая книга единым захватывающим дыханием рассказывает фантастическую историю одной семьи, на протяжении которой мы знакомимся с кровосмешением, жестокими убийствами, проституцией, рисованием экскрементами, жестокостью родителей, трагическими смертями и разлуками, любовью, проявляющейся как многолетняя ненависть, изменами, грубыми совращениями и незатейливыми соблазнениями, самодурством, хищностью, неприкрытым блудом, с ослаблением воли женщин к сопротивлению при виде огромных фаллосов, с малолетнею проституцию, революционным террором, самоубийствами, и если вы хотите еще что-нибудь добавить из того перечня, которым обычно характеризуют пороки и психические недомогания, то можете вполне уверенно относить это к какому-либо из эпизодов данной книги.
Разве не удивительно, что такой набор сюжетов, годный более для архивов психиатрических клиник и полицейских участков, привлекает наше неослабное внимание и постоянный всеядный интерес? Это не должно быть удивительным только в том случае, если этот процесс, как и некоторые другие процессы нашей жизни, обходится без Его присутствия. Это чисто наше. Поэтому все так и убого. Поэтому мы и выбираем именно эти перлы и шедевры. Так происходит всегда, когда мы предоставлены самим себе. И, кстати, даже понимая это, скажем себе честно - разве не лучшая реклама всем этим бестселлерам все эти краткие аннотации, которые мы им сейчас дали? Ведь теперь даже тот, кто их не читал, но случайно встретил на каком-нибудь книжном развале, обязательно их теперь себе купит. Естественно, только с тем лишь намерением, чтобы разделить свое возмущение, которое эти книги вызывают у него своей низкой нравственностью, с нашим возмущением, которое зародилось в наших душах сразу же, как только мы с сожалением перелистали последнюю страницу.
Все эти вышеперечисленные перлы и шедевры, правда, можно сильно разбавить не менее популярными детективами и любовными романами, век которых длится не более года, но, несмотря на литературную бледность этих жанров, по содержанию в них почти то же самое - убийства, измены, совращения, секс, низменные страсти, дешевый юмор, физиологические подробности, маниакальные злодеи, кровь, предательство, насилие, алчность и "хэппи енд". Есть еще любимые некоторыми книжки про вампиров, фантастических монстров, кибернетических серийных убийц и т.д., но все это, естественно, также не может относиться к тому, что напутствовалось бы в нашу жизнь через литературу Богом. Это не от него. Тут и сомневаться не надо. Если признать, все-таки, реальное существование дьявола (что сомнительно), то он, наверное, курирует как раз искусство, в основном кино, и литературу в частности. Потому что, как подросток вожделенно перед сном кладет руки под одеяло, так и мы, похоже, попросту забавляемся в искусстве собственными пороками и подавляемыми зовами к ним. Все, что может подпитывать любопытство или переживания в этой области, - все это всегда имеет успех. А знает ли читатель, какая отрасль искусства наиболее прибыльна по своим барышами и стоит на уровне торговли нефтью и оружием? Если читатель знает, то мы с ним многозначительно и понимающе помолчим. А если он не знает, то мы ему подскажем - это порнография. Теперь и с этим просвещенным читателем мы также можем многозначительно и понимающе помолчать на тему того, сколько в искусстве от Бога, а, сколько от дьявола.
Довершить данное соображение можно еще одним аргументом. Ведь если предполагать, что Бог наполняет искусство своим содержанием, то этот процесс должен непосредственно наблюдаться как идущий от каких то исходных позиций, к каким-то более высоким по своей сложности или уровню исполнения, рубежам. Если кто-то прикладывает руку к чему-либо на протяжении тысячелетий, то последствия этого участия должны всегда быть видимыми в постоянном усовершенствовании и развитии к лучшему того, к чему усилия прикладываются. А если процесс идет беспорядочно, или, наоборот, сверху вниз, то вполне резонно говорить о том, что никакого Бога за ним не найти. Переходя в этой связи без обиняков к искусству и литературе, можно сразу же заметить одну особенность - и искусство и литература деградируют! Как ни обидно было бы об этом говорить, но говорить об этом можно, потому что здесь толкает на выводы не столкновение вкусов, о которых можно спорить, а объективные характеристики сравнения.
Например, музыка докатилась до рэпа. Рэп - это художественная декламация текста под музыкальное сопровождение. Ну и шут бы с ним, но посмотрите вокруг: рэп побеждает все остальные виды музыкальной культуры. На всех "эвордах" побеждает только рэп. Музыка вымирает на глазах. Причем этот процесс происходит красиво и не без приятности для нас всех. Мы не только не возражаем, мы даже голосуем "за" своими кошельками. Если пишущего эти строки поставить перед выбором между посещением филармонии, где дают 1-й концерт Чайковского для фортепиано с оркестром, и стадионом, куда проездом заскочил Роберт Плант, то он выберет второе. То есть его вкус за "Лед Цеппелин". Но даже самые горячие поклонники "цеппелинов" не могут не признать, что в 1-м концерте Чайковского звучит около 100 инструментов, а у рок-групп хорошо, если наберется пять. Объективно говоря, - деградировала музыка или не деградировала? Больно признавать, но деградировала весьма основательно даже по этому показателю. Правда, здесь может последовать возражение, что Бах, например, вообще обходился одним инструментом - клавесином или органом. Обходился, это так. Но Бах писал полифонически! Всего на одном инструменте у него в одной музыкальной пьесе одновременно (!), сходясь и расходясь, сплетаясь и расплетаясь, живя отдельно, но в гармонии, начинаясь одной общей нотой и заканчиваясь также одной общей нотой или аккордом, звучат сразу несколько мелодий! Кому сейчас такое под силу даже несколькими рок-группами сразу, или несколькими струнными квартетами вместе?
Искусство 13

X