Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Мелхиседек

Melhisedek v1.23
Кликов в 2005: 207501
Кликов в 2006: 276383
Кликов в 2007: 102142
Единственное отличие 10
Но еще кое-что о буддизме мы скажем. Представляется, что буддизм несколько ажиатажно раскручен и разрекламирован в Европе. Он подается на каком-то блюде, в виде яства, уникального по методам и способам для работы духа и мысли, которое неведомо местным поварам. На самом деле, как ни странно, в нем нет ничего, чего не было бы, например, в христианстве. Например, в 13 и 14 веках во Франции, Швейцарии, Германии и Австрии распространились секты "свободного духа". Главным в их доктрине была вера в возможность "преображения в бога". Ну и чем это не буддизм на родной почве? Эти секты учили следующему - так как душа каждого человека состоит из божественной субстанции (а вот вам и дхармы!), то такого состояния "божественности" может достигнуть каждый человек. Как это сделать? А все так же - через многолетний искус в секте, отказ от собственности, семьи, от своей воли (и желаний?) и жизнь на милостыню (!). Все знакомо, не так ли? Этаким образом можно достичь состояния "свободного духа", что является не временным экстазом, а постоянно длящимся состоянием свободы от всех нравственных и моральных законов (нирвана!). В этом состоянии человек становится равным Богу (пробуждается?). Здесь даже выше, чем в буддизма идея, поскольку ведет не в какое-то ничто, а в Бога. Чего обезьянничать за Востоком, когда у себя все это давно пройдено и забыто?
Или, например, эти отшельники буддистские монахи, которым наши христианские сподвижники сто очков дадут вперед по ограничению себя в пище и в самоистязании, разве чем-то отличаются от европейских "святых"? Только скуластостью да разрезом глаз.
Знаменитая медитация, о которой готовы разговаривать все, для Европы тоже совершенно знакомое явление. Если кто-либо захочет помедитировать, не искажая ноги скрещиванием в лодыжках, тот может податься в христианский монастырь, где монахи научат его точно такой же медитации, которую называют более просто и более точно - "умное делание" (то есть работа умом), или "неизреченная молитва" (то есть неоформленная в понятия внутренняя речь или мысль). Это та же самая медитация, только ориентированная не на поиск и соприкасание с пустотой, а направленная на тонкий контакт прямого ощущения Бога. Причем без всякой акробатики и в самой удобной позе.
Что еще осталось от буддизма, чего, вроде бы нет в Европе? Ах, да! Знаменитые коаны! Что такое коаны? Это фразы, которые специально придуманы таким образом, что они или вообще не имеют смысла (согласимся - трудно придумать такую фразу!), или смыслы их разных частей прямо противоречат друг другу. Зачем это? Для того чтобы, обмениваясь такими фразами, или задавая их в качестве вопросов, вводить собеседника в особое состояние ума, при котором отключается логика. Задача ясна - познать можно только взглянув на что-то со взаимно противоречивых позиций, когда каждая из них в отдельности правильна относительно данного явления, а вместе они логически исключают друг друга, так что приходится познание брать наитием, порожденным логическим клином этих двух столкнувшихся суждений. Пожалуй, сказать здесь, что это тот же самый европейский принцип дополнительности, о котором мы уже знаем, - это обидеть читателя, который уже и сам уже догадался. Считай, читатель, что я этого не говорил.
Однако европейский метод дешевле и продуктивнее - он направлен на сверхзнание, и опирается на предел логического познания, после чего человек не теряет навыков полезной деятельности. А буддистский метод направлен на просветление, которое на что бы не опиралось в своем достижении, является поводом к тому, чтобы человек выпал из общества и сел бы кому-либо из родственников на шею, ибо даже просветленного надо одевать и кормить.
Но буддистские и даосские мудрецы очень похваляются своими коанами, видя в них нечто совершенно недостижимое для грубого европейского ума. Для болей ясности приведем несколько коанов:
"Если у тебя есть посох, я тебе дам посох, а если у тебя нет посоха, я у тебя заберу посох"
"Если ты хочешь к чему-то приблизиться, то ты, конечно, его упустишь"
"Если некто видит, что формы есть формы, то он видит Будду, а если некто видит, что формы не есть формы, то он видит Будду".
По типу коанов строятся целые диалоги между учителями и учениками, между самими монахами и т.д. Например, отличники боевой и политической подготовки из монастырей могут совершить между собой такой диалог:
Монах спросил Сян Линя: "Что означает приход Бодхидхармы с Запада?". Сян Лин ответил: "От долгого сидения наступает изнурение". Мудрый ответ, не правда ли? Но зря читатель предполагает, что более мудро на этот вопрос уже невозможно ответить, потому что некий Чжу Фэн сделал это еще более совершенным образом. На тот же вопрос он ответил совершенно поразительно: "Дюйм волоса черепахи весит девять фунтов". Обычно после таких ответов спрашивающие просветляются. А как ты себя чувствуешь, читатель? Если еще, все-таки, у тебя остались где-то непросветленные области, то выслушай еще один ответ на все тот же невезучий вопрос. Автор этого ответа Дун Шань Лун, и он про Запад и про Бодхидхарму вот что думает: "Я хочу сказать вам, когда горный поток потечет вспять".
Когда мы, попав в незнакомую деревню, спрашиваем глуховатого дедушку на крылечке: "Дедуля, как выехать на трассу?", а он нам отвечает: "Сейчас стропила не получатся - лес еще не просушился", то это не коан. Хотя просветляемся мы в такие минуты здорово. Причем и дедуле может достаться немножко. Однако в том же христианстве есть такие "коаны", которые точно также застопоривают логику, но не бессмысленностью, а наоборот приближением непосредственно к самому сокровенному внелогическому смыслу. Евангелие от Иоанна вообще начинается коаном всех коанов.: "В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог". Чем не коан? А чем не коаны такие изречения Иисуса, как: "Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее" (Матфей, 17:25), или: "Многие же будут первые последними, а последние первыми" (Матфей, 20:30) (речь шла о Царстве Бога).
Похоже, что весь буддизм можно представить себе в качестве экзотического филиала христианства, основанного на ереси. Хотя на такой базе он, конечно же, не может быть филиалом. Скорее всего, тонкости буддизма совершенно не интересуют самих буддистов, которые реализуют в нем ту самую потребность человеческой души в Вере и в поклонении, не задумываясь о смысле совершаемых действий. Если человек родился буддистом и какое-то потребное для жизни религиозное чувство у него проявляется через форму буддизма, то это, несомненно, благое дело, поскольку человек удовлетворяет этим неосознанную потребность в благоговении перед высшим, не понимая или не желая понимать, что это высшее подменяется в буддизме таким же человеком. Но если человек осознанно выбирает себе предмет Веры и объект поклонения, как это пытаемся сделать сейчас мы, то он должен или выбрать себе что-то, ведущее к Богу, или буддизм. В нашей воле пойти дальше, а в воле любого остаться в помыслах о нирване.
А дальше перед нами всего две религии - ислам и христианство. Впрочем, здесь игр уже быть не должно. Во-первых, это уже действительно религии, где есть Бог, и легкое ерничество в тоне, которое мы допустили в отношении буддизма, здесь будет неуместно. Если в буддизме мы затронули только его философскую сторону, и это позволило нам определить, что в нем религией по своему содержанию и не пахнет, то ислам и христианство имеют в себе Бога, и это не те области, в которые следует шумно вторгаться с исследованиями, аналогичными предпринятым при оценке творческого наследия Гаутамы. Потому что если кто-то оскорбится за Гаутаму, то это затронет всего лишь чувства ученика к учителю, а если кто-то в исламе или христианстве оскорбится за Бога, то это затронет религиозные чувства, которые надо всячески щадить и беречь от нанесения ран. Это чувства, затрагивание которых - табу.
Единственное отличие 10

X