Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Мелхиседек

Melhisedek v1.23
Кликов в 2005: 207501
Кликов в 2006: 276383
Кликов в 2007: 102320
Речь 12
А какой язык является в настоящий момент самым многозначным и самым сложным? Есть ли такой язык вообще? Есть ли язык, который выделяется своей сложностью из всех остальных языков? Есть такой язык! Аналогов ему нет ни в одном краю, ни у одного народа и он стоит по своей сложности полностью особняком от всех остальных языков. Исходя из того, о чем мы говорили выше, не надо быть гением, чтобы предположить, что это какой-то очень древний и вымерший язык, который человек не успел "усовершенствовать" по причине его благополучной кончины (языка). Так оно и есть! Только это не древний, а самый древний из известных языков! Шумерский! Когда Гротефенд и Раулинсон представили ученому миру первые данные по дешифровке этого языка, то поднялся такой возмущенный шум мировой общественности ученых, что итогом этого шума были прямые требования запретить Раулинсону и остальным заниматься дискредитацией науки через свои "антинаучные идей". Заметим, что речь шла именно не о "ненаучных" идеях, а прямо об "антинаучных", то есть противоречащих и оскорбляющих саму науку. Раулинсон и Гротефенд подвергались прямым оскорблениям не только потому, что первый был школьным учителем, а второй чиновником. Оба были просто умными людьми, но не кадровыми учеными. Особую уверенность в таком беззастенчивом унижении Раулинсона ученые черпали в том аргументе (внимание!), что изложенный им в начатках язык не может вообще существовать из-за своей немыслимой сложности! Даже если бы он и мог существовать, (допускали добрые ученые), то на нем совершенно невозможно было бы разговаривать! Неизвестно, чем бы все это закончилось для Раулинсона, но через несколько лет в Куюнджике археологи нашли несколько сотен глиняных табличек, которые оказались┘ школьными учебниками шумеров именно тому языку, который предположил структурно Раулинсон. Дети шумеров учили в школе тот язык, который взрослые дяди-ученые 19 века не могли признать в качестве возможного для овладения! Шумеры успели дать человечеству первую цивилизацию, но не успели разобраться со своим языком. Иначе от него сейчас остались бы только рожки да ножки. И сами шумеры довольно успешно начали этот процесс. Первые письменные источники у них использовали более 2000 знаков, на которых велась поначалу только запись материалов и продуктов, выдаваемых на содержание храмов, рабочих армий и ремесленных мастерских. Шумерская цивилизация - это учет и контроль, где экономика была очень экономной. Далее письменность стала распространять свой охват и на другие стороны жизни, постоянно расширяя сферу своего применения и, соответственно, усложняя уровень своих задач. Параллельно с этим к третьему тысячелетию от 2000 письменных знаков осталось около 600. Логика упрощения настолько сильна, как видим, что свободно преодолевает логику потребности.
История с шумерским языком интересна нам еще и тем фактом, что первые источники письменности этого языка, (как и всех других древних языков, кстати), обнаруживаются археологами сразу в максимальном количестве своих знаков. А как только они проникают в слои, предшествующие по времени максимальному количеству письменных знаков, источники письменности вообще не попадаются! Письменность возникает сразу в своем самом громоздком и сложном варианте, а затем упрощается. Хотя нам постоянно твердят, что письменность наоборот развивалась от первых закорлючек к системе идеографических рисунков. Как археологи объясняют несоответствие материальных данных раскопок этой утвердившейся незыблемо теории? Точно так же, как эволюционисты объясняют отсутствие ископаемых полувидов животных - случайное совпадение исторических обстоятельств, по причине которых останки обособленных видов сохранились, а останки переходных форм разрушились. В отношении письменности такое же гениальное по простоте и расчету на доверчивость утверждение - начаточная письменность и письменность этапа совершенствования наносилась на ┘ непрочные материалы, которые затем разрушились. Мы должны это представлять себе так, что шумеры, когда у них было 100, 200, 300, 400 и так далее до 2000 знаков, вели государственный и хозяйственный учет на непрочных материалах, а когда поняли, что они достигли заветного числа "2000", то перешли на прочные материалы и именно с тех пор опять начали уменьшать количество знаков в письменности, но уже на прочных материалах. Интересно, хотелось ли шумерам, чтобы через несколько тысяч лет среди людей, изучающих их культуру, были хоть какие-то люди, которых они смогли бы считать не глупее себя?
Китайский язык. У китайского языка очень богатый фонетический состав. Когда-то этот язык имел в своем распоряжении 2000 возможных слогов. В настоящее время их осталось 420. Кто скажет, что это не упрощение, пусть произнесет это по-китайски, используя 1600 отмерших слогов.
Японский язык. Приблизительное число общеупотребительных и наиболее простых иероглифов в нем от 7500 до 8000. В 1872 году была предпринята реформа языка, целью которой было свести их количество до 3167 (боролись за каждый иероглиф!), а остальное писать каной - несложная японская слоговая письменность. Устали японцы от своих же иероглифов. Но в 1946 году Министерство просвещения Японии дает рекомендацию еще сократить этот список до 1850 штук (здесь уже цифра круглая, время-то идет, лиха беда - начало!). Так хочется хоть чего-то простого в этом сложном мире! Наверное, в этом стремлении к блаженной простоте попутно 740 иероглифов из оставшихся 1850-ти были реформированы в "упрощенную и сокращенную формы написания".
Раньше в японском языке употреблялось 16 (!!) слов для обозначения местоимения "ты". В настоящее время мы с удовлетворением отмечаем, что их количество не дотягивает и до десяти, а некоторые формы постепенно выходят из употребления. Думается, что японцы разделяют с нами наше удовлетворение.
Английский язык. Здесь и лингвистики не надо. Просто перечислим остатки некогда полных фразеологических оборотов, которые сейчас существуют самостоятельно. "О,кэй", "гдэй" (вместо "гуд дэй" в Австралии), "айл" вместо "ай вилл", "донт" вместо "ду нот", "ам" вместо "ай эм", дальше можно не расшифровывать, принцип понятен - "итс, айнт, хэвнт" и т.д. и т.д. Причем - все происходит прямо на наших глазах в наше время. Чистые аббревиатуры, то есть произнесение начальных букв или созвучий слов вместо самих слов. Цель всего этого, конечно же, не создание чего-либо нового, или совершенствование и развитие старого. Это - упрощение уже имеющегося. Пройдемся по английскому дальше - автобус стал "бусом", "хау ду ю ду" - "хай", "тэнк ю" - "тэнкс", "ай эм сори" - "айм сори" - "сори", "гуд бай" - "бай".
Артикли а (an) и the произошли от слов "один" и "этот", это то, что осталось от этих слов, то есть слова когда-то упростились до артиклей. В настоящее время местоимение whom (кого) постепенно выходит из употребления и заменяется другим местоимением who (кто). Согласимся, что когда вместо двух местоимений остается одно для обоих случаев, это упрощение.
Так называемые нестандартные глаголы в английском языке остались от староанглийской системы спряжения. Это такая бессистемная система изменения корня, от которой язык сам отказался. Десятки тысяч новых глаголов спокойно спрягаются по простому принципу - прибавляй в конце -id или -d и получишь прошедшую форму. А вот около 120 глаголов, спрягающихся по старому образцу, принимают прошедшую форму каким-то совершенно необъяснимым образом: "гив - гэйв", "рид - ред", "телл - тоулд", "би - воз", "кэн - куд", "ноу - нью" и т.д.. Отказавшись от таких фокусов, язык несомненно упростился и стал более удобен, но уже сам принцип формирования прошедшей формы говорит за то, что человек такого придумать не мог, ибо этот принцип хоть безошибочно и ощущается каждым англичанином, но не может быть им изложен в логической системе.
В настоящее время появилась тенденция употреблять there are вместо there is там, где второе подлежащее стоит во множественном числе. Если раньше английский язык говорил: "На столе лежит одна тетрадь и лежат четыре книги", то теперь он обходится простым сообщением: "На столе лежат одна тетрадь и четыре книги". Опять упрощение.
Когда-то множественное число английских существительных образовывалось за счет изменения корневой гласной ("мэн - мен", "вумэн - вимин"), то есть опять бессистемно, а настоящий период это происходит очень просто, достаточно добавить окончание -с или -з ("сити - ситиз", "бэйби - бэйбиз").
В 12-15 веках в английском языке произошло значительное упрощение "морфологической структуры языка", сообщает нам лингвистика. И это в добавок ко всему тому, что происходит сейчас. В итоге путь данного языка - также путь упрощения.
В заключении посмотрим, что понатворили англичане и американцы с уменьшительными формами своих имен. Уменьшительные формы полных имен есть во всех языках, Александр - Саша, Михаил - Миша, Людмила - Люда и т.д. Но того, что мы увидим сейчас, нет нигде:
Бел - это Изабел, Изабелла, Анабел и Арабелла; Берт - это Алберт, Бертрам, Герберт и Роберт; Крис - Кристиан, Кристина, Кристин и Кристофер; Эд - Эдгар, Эдмунд, Эдвард и Эдвин; Фло - Флоранс и Флора; Кит - Кристофер и Кэтрин; Нэнси - Агнесса, Энн, Анна; Нэд - Эдгар, Эдмунд, Эдвин и Эдвард; Нэлли - Элеанора, Хелен, Хелена; Пэдди - Патриция и Патрик; Пэт - Патрик, Патриция и Марта; Пэтти - Марта и Матильда; и это только одна сторона явления. Есть и другая сторона, она не менее парадоксальна:
Речь 12

X