Rambler's Top100 Яндекс цитирования
Мелхиседек

Melhisedek v1.23
Кликов в 2005: 207501
Кликов в 2006: 276383
Кликов в 2007: 102119
Евреи 21
А с другой стороны, опубликовав писания на языке всех народов того времени, они дали возможность каждому народу прочитать мнение о себе евреев, и воздвигли между устремившимися в общую семью народов соплеменниками и всем остальным человечеством, стену отчуждения. Теперь ловушка захлопнулась окончательно. Если иноплеменники спросят у еврея - а что, действительно ли вы считаете всех мерзкими, кроме себя?, то, что должен ему ответить бедный еврей, который, конечно же, в большинстве своем так не считает? Если он откажется от этого - его отлучат от общины и он останется нищим и тайно, но весьма эффективно, преследуемым (вспомним трагедию Спинозы и Да Косты). Если же он это подтвердит, чтобы угодить общине, то так и останется навеки вечные в этой общине, поскольку остальные народы, хоть и мерзкие, но гордость свою имеют. Вот так до сих пор они нам и не отвечают толком - мы такие же, как они, по их мнению, или мы недочеловеки? Этот вопрос хитро подменяется его зеркальным вывертом - достойна ли дискриминация евреев для христианина? А ведь каждый еврей должен трижды в день произносить молитву, которая начинается со слов: "Благодарю Тебя, Господи, что ты не создал меня гоем (неевреем)". Если бы немцы или французы произносили такую молитву ежедневно по предписаниям своей религии, то, наверное, в мире появился бы "антигерманизм" и "антифранкизм". Евреи зря думают, что если в их синагоги никто не заходит, то никто не знает, что там делается. Тайн тут нет давно, как бы им не хотелось вообще обойти этот вопрос стороной. Впрочем "антисемитизм" не заслуга евреев, как народа, а заслуга их тайного руководства, которому они до сих пор не могут перечить, хотя каждому видно, как это мучает самих евреев, и как это им самим надоело.
Вот так в период греческого владычества с помощью фокуса гласности раввины между евреями и другими людьми поставили барьер. Дело самих евреев этот барьер убрать, а мы пойдем дальше по истории. Теперь евреям было предписано раз в год являться в Иерусалим со всех концов земли, сдавать деньги в храм, укрепляться в сознании своей избранности и великого будущего. За неисполнение - отлучение. Очень удобно: нет отметки, что такие-то за год побывали в храме - рассылаем указания об их отлучении со всеми вытекающими последствиями. Смешанные браки по-прежнему запрещены, общаться с "нечистыми" и даже входить в их дом запрещено, за попытку перехода в общность других народов наказание вплоть до линчевание. Еще один нюанс особо удачной исторической судьбы?
Впрочем, греческая вольница все равно сломала бы эти установления, да тут пришел Рим, и все переменилось.
Если греки принесли человечеству идеи, а во всем остальном у них была сплошная сумятица и хмельные порывы, то римляне дали миру порядок, закон и право. Это было началом неминуемого конца власти раввинов, которую мы возможно даже в нашем поколении сможем наблюдать в окончательной фазе.
Во-первых, римляне установили в своих владениях строгий порядок, который настолько обеспечивался их военной мощью, что никакой тайной политики в пределах своей империи им было не нужно. Секта окончательно осталась не у дел. Кроме того, размах Империи был таков, что никакая маленькая группа хорошо организованных людей ничего не бросила бы на чашу весов в политическом раскладе. Любой римский легион был изначально лучше организован, чем любая тайная организация, а в Риме все решалось легионами, а не подковерными кознями против союзников, потому что у Рима вообще не было союзников. Это было самодостаточное государство. На то время Риму просто не с кем было играть в эти игры.
Во-вторых, еще одна особенность этого порядка сводила на нет всю организационную задумку священников. Принцип римского порядка (разделяй и властвуй) позволял Риму иметь дело с каждым в отдельности всей своей мощью. Для этой цели Рим не стал, не только проводить истребление народов, но и дал каждому из них политическую автономию, где каждый жил по своим обычаям, но по римскому закону и работал на Рим. В этом случае, собственно, получалось, что не за что и бороться. Социальная база освободительной борьбы сразу резко была вышиблена из-под ног амбициозных руководителей народов, ибо простому люду абсолютно все равно на кого горбатить - на римлян или на своих, а в бытовом отношении оккупационные власти Рима вели себя очень корректно и никогда не бесчинствовали. Подвисшие на собственных национальных амбициях вожди не могли привести никаких социальных или экономических причин, кроме тех же национальных, когда призывали простого человека бросить детей, дом и спокойную жизнь ради борьбы с огромным Римом. Естественно, что, выдвигая только национальные цели восстания, ни один лидер не мог получить союзников другой национальности, что и позволяло быстро тушить все эти одиночные костры мятежей.
Значение национальных лидеров сильно упало и окончательно нивелировалось тогда, когда им, чтобы голова оставалась на плечах, пришлось сотрудничать с оккупационной администрацией в статусе младшего помощника. В этом облике было мало героического и, несомненно, первосвященник Иерусалима и его окружение в глазах евреев, героями не выглядели.
Этот же принцип разделения дал еще одно огромное преимущество, что выражалось тем благодатным миром, который наступил для всех народов внутри Римской Империи. С одной стороны у всех был один обидчик - Рим, и это объединяло, но с другой стороны у всех был и один хозяин, который не позволял между собой драться, потому что только у хозяина было оружие и войско. Рим, защищая свои границы, защищал тем самым и границы своих политических автономий. В этих условиях на особую роль в глазах римских политиков никто не мог претендовать, и у священников не осталось таких аргументов в свою пользу перед своим народом, как персидские солдаты на защите Моисеевых законов, или таких, как полный бардак правления Селевкидов и Птолемеев (династий греческих царей), где со своим народом можно было поступать, как угодно, окрика не последует.
Остался только один аргумент - закон, который они написали, придав его авторство Моисею. Однако если раньше этот закон выдвигался в качестве примера какой-то особости еврейского общества, потому что остальные народы жили по постоянно меняющимся традициям и по временным установлениям очередной дворцовой семьи, то по сравнению с Римским Законом "Моисеевы" законы вдруг стали выглядеть карликом, имеющим довольно жалкий и неконкурентоспособный вид. Закон, авторство которого приписывалось напрямую Богу (неоднократное напоминание "и сказал Бог Моисею" в текстах Ветхого завета) с приходом Рима поблек и потускнел. Ведь, если ранее про персов и про греков можно было говорить, что эти "нечистые" люди не знают закона, а мы (иудеи) знаем, то римляне принесли с собой не просто закон, они принесли с собой Побеждающий Закон. Римляне показали, что "нечистый" и "отвратительный" народ может создать такой Закон, по которому будут теперь жить все населяющие землю народы и которому будет подчиняться иудейский закон, в который римляне пренебрежительно даже вникать не стали, снисходительно разрешив иудеям применять его в своей жизни в той части, которая не вступает в противоречие с их Законом.
Естественно, что для иудеев не могло не возникнуть вопроса - а так ли уж верно то, что Бог стоит за их законом, если вот пришел другой народ со своим Законом, и подчинил их закон этому своему Закону? Если другой закон выше иудейского, то чем боги этого народа уступают родному богу Иегове?
Не мог не возникнуть здесь и попутный вопрос - царь Соломон был закоренелым язычником. Уж сколько Соломон оказал почестей другим богам других народов, никто из царей столько не оказывал. Соломон, правда, построил первый в истории евреев храм богу Иегове, но вокруг этого храма он понаставил места служения всем остальным известным на то время богам, и сам служил этим богам, и жены его служили этим богам, и закон не выполнялся на каждом шагу в самом главном своем содержании ("пусть не будет других богов перед лицом твоим, кроме Меня"), а жизнь у евреев была райской!!! При Соломоне ни один еврей вообще не работал, работали только наемные батраки из соседних племен. Остальные цари также были не лучше относительно соблюдения верности закону и Иегове, это сама Библия признает, но при этих царях государство как-то держалось. Дела, как пишет Книга Царств, шли хорошо, прямо-таки бойко, только как-то по-плохому. И виноваты были именно эти цари, которые не почитали Иегову, и этот народ, который вообще позабыл и про Иегову и про законы Моисея.
Евреи 21

X